Лондонский Фог снова сгустился над финансовым миром, но на этот раз его мишенью стала не Москва, а Бишкек. Великобритания нанесла точечный удар по трем кыргызстанским компаниям, и среди них оказалась местная криптобиржа «ТокенСпот» и платежный оператор при Министерстве финансов страны. Глава этого оператора Улан Букабаев тоже попал под ограничения. Интересно, что это за оператор такой, который работает при министерстве и одновременно вызывает такое беспокойство у британских властей?
Хронология санкционной волны
Решение Лондона последовало примерно через неделю после того, как Минфин США объявил о санкциях против российской сети A7. Кажется, Запад синхронизирует свои удары по финансовым цепочкам, которые считает подозрительными. А вот что действительно заставляет задуматься — по данным американской Сети по борьбе с финансовыми преступлениями (FinCEN), компании-посредники A7 с января 2025 по июнь 2026 года провели операции более чем на 17 миллиардов долларов.
Семнадцать миллиардов! Это не просто какие-то мелкие переводы между частными лицами. Такие суммы обычно крутятся в серьезных международных расчетах. Что переводили через эти каналы и кому — вопрос, который, видимо, и беспокоит западные регуляторы.
Криптобиржа в эпицентре шторма
«ТокенСпот» — не первая и, увы, не последняя криптобиржа, которая попадает в санкционные списки. Но здесь есть важный нюанс: обычно под ограничения попадают площадки, которые работают с российскими клиентами или обходят эмбарго. А тут — кыргызстанская биржа.
Почему именно она? Возможно, британские власти увидели в ней канал для обхода санкций против России через третьи страны. Или же нашли доказательства связей с теми самыми компаниями-посредниками A7. Как бы то ни было, сам факт попадания криптобиржи в санкционный список говорит о новом этапе — теперь под удар попадают не только традиционные банки, но и цифровые активы.
Что это значит для России
А вот здесь начинается самое интересное. Российские власти активно продвигают цифровой рубль, позиционируя его как инструмент, независимый от западных платежных систем. Но история с A7 и кыргызстанской биржей показывает: Запад внимательно следит за всеми альтернативными финансовыми маршрутами.
Если через Кыргызстан идут транзакции на миллиарды, что помешает аналогичным схемам работать с цифровым рублем? Этот вопрос наверняка уже обсуждают и в ЦБ, и в Минфине России. С одной стороны — суверенная цифровая валюта, с другой — риск попасть под вторичные санкции через партнеров в третьих странах.
Российский крипторынок и так находится в подвешенном состоянии — то легализуют майнинг, то ужесточают правила для обменников. Теперь добавьте к этому санкции против соседней биржи. Получается, что даже работа в «дружественных» юрисдикциях не гарантирует безопасности.
Прогноз редакции
Мы ожидаем, что давление на криптобиржи в странах ЕАЭС будет только усиливаться — Запад явно взялся за перекрытие всех обходных путей. Цифровой рубль столкнется с дополнительным скепсисом со стороны международных партнеров, которые будут видеть в нем потенциальный инструмент для обхода санкций. Российским компаниям стоит готовиться к тому, что любые операции через криптовалюты будут scrutinized с удвоенным вниманием.
