Представьте себе главу гигантского, многовекового банка, который смотрит на молодой цифровой сервис и… завидует. Да-да, завидует. Джейми Даймон, руководитель JPMorgan Chase, крупнейшего банка США, публично признал: Revolut, необанк из Великобритании, развивается с такой скоростью, на которую традиционные институты просто не способны. Но за этой похвалой скрывается настоящая война.
А вот дальше начинается самое интересное. Всю эту эффективность Даймон готов признать, но только не за счёт «мягких» правил. Он пообещал бороться против закона CLARITY, на который опираются многие финтех- и криптокомпании, чтобы расти в более лояльной регуляторной среде. Получается, один из столпов Уолл-стрит одновременно восхищается результатом и хочет разрушить условия, которые к нему привели. Глубокий раскол в финансовом секторе налицо.
Зависть как двигатель прогресса
Джейми Даймон комментировал работу цифрового банка Chase в Великобритании, но его мысли явно улетели далеко за пределы одного проекта. Он оценил темпы развития Revolut — и эта оценка прозвучала не как холодный анализ, а почти как досада. Почему маленький и гибкий игрок обходит мастодонта с его ресурсами? Ответ лежит на поверхности: бюрократия, наслоения старых систем, консервативная культура.
Интересно, что сам JPMorgan активно инвестирует в блокчейн и даже разрабатывает собственную цифровую монету JPM Coin. Но, видимо, внутри корпоративного левиафана инновации продвигаются куда медленнее, чем в стартапе, который изначально создавался для цифровой эпохи. Даймон это видит и, кажется, это его раздражает.
Война против закона CLARITY
Но восхищение — восхищением, а бизнес — бизнесом. Вслед за комплиментами последовала жёсткая критика. Объектом атаки стал закон CLARITY. Этот законодательный акт позволяет финтех- и криптокомпаниям работать по более понятным и зачастую менее жёстким правилам, что даёт им огромное преимущество перед традиционными банками, опутанными регуляторной паутиной.
Даймон прямо пообещал бороться против этого закона. Его позиция ясна: если уж играть на финансовом поле, то правила должны быть одинаковыми для всех. С одной стороны, это звучит справедливо. С другой — не похоже ли это на попытку крупного игрока, проигрывающего в скорости, просто поменять правила игры в середине матча?
Что это значит для России
А что у нас? Российский финансовый ландшафт переживает свою тихую революцию. Только посмотрите на цифровой рубль — пилотные тесты уже идут, а Банк России активно готовит нормативную базу. Это наш ответ на вызовы скорости и эффективности. Но, в отличие от американской ситуации, здесь регулятор выступает не как противник, а как главный архитектор изменений.
С крипторынком история сложнее. Регуляторный подход пока остаётся осторожным, и о чём-то похожем на закон CLARITY речи не идёт. Однако сам факт, что в Госдуме идут дискуссии о регулировании цифровых активов, показывает: игнорировать этот сектор больше нельзя. Российские власти, как и Даймон, хотят контролировать процесс, но ищут свои пути — возможно, более централизованные.
Прогноз редакции
Битва только начинается. JPMorgan и другие банки-гиганты будут всеми силами давить на регуляторов, чтобы усложнить жизнь цифровым конкурентам. Но остановить технологию невозможно — Revolut и ему подобные уже доказали, что клиенты голосуют кошельком за удобство. Мы ожидаем волну лоббирования и компромиссных решений, но цифровизация финансов в итоге победит, просто путь будет более извилистым.
